Пошук по сайту
Пошук:

Теми
З перших уст (3677)
З потоку життя (6894)
Душі криниця (3705)
Українці мої... (1510)
Резонанс (1606)
Урок української (997)
"Білі плями" історії (1756)
Крим - наш дім (534)
"Будьмо!" (260)
Ми єсть народ? (238)
Бути чи не бути? (71)
Писав писака (23)
На допомогу вчителеві (126)
Мовно-комп'ютерний конкурс (108)
Порадниця (108)
Смішного! (97)
Додатки
"Джерельце" (830)
"КримСПОРТ" (132)

Архiв
Архiв газети в pdf
Редакцiя
Форуми
Книга вiдгукiв

Iншi статтi цiеї теми
ЗЛОВ╤СНА Т╤НЬ ФЕЛЬДМАРШАЛА ГОЛОДОМОРУ НАД РОС╤╢Ю
Нещодавно у Ки╓в╕ вийшла друком книга доктора ╕сторичних наук Василя Марочка «Йосип Стал╕н...


ЗЛО ТРЕБА ПЕРЕМАГАТИ
Нещодавно в м╕ст╕ Ковел╕ на Волин╕ вийшла друком книга «╥хн╕ зор╕ не згасли».


ПОКОХАЛИСЯ НАВ╤ЧНО, ВМЕРЛИ ОДНОЧАСНО
Коли Соф╕ю Перовську розшукувала влада, пол╕ц╕╖ пов╕домили ╖╖ прикмети: “Б╕лявка,...


ВОЛОДИМИР СТЕЦЮК: СПРАВА ПЕТЛЮР╤ВСЬКО╥ ПОВСТАНСЬКО╥ ОРГАН╤ЗАЦ╤╥
28 серпня 1921 року в Жандармськ╕й балц╕ поблизу Катеринослава було розстр╕ляно 52-х актив╕ст╕в ╕...


СТЕПАН ПАВЛЮК. ЩО? ФЛОТ УКРА╥НИ? ЗАБИРАЙ!
Ми давно не бачилися, з часу анекс╕╖ Криму. М╕й давн╕й знайомий, полковник, служив у...




Розсилки
Тут Ви можете підписатися на розсилку анонсів статей нових випусків нашої газети. Для цього вкажіть свій e-mail.

E-mail адрес:














FaceBook

Twitter





оНЦНДЮ Б сЙПЮ©МЁ
Головна сторiнка > Текст статти
"Кримська Свiтлиця" > #49 за 07.12.2012 > Тема ""Білі плями" історії"
Версiя для друку
Обговорити в форумi

#49 за 07.12.2012
КРАТКИЙ ЭКСКУРС В КРЫМСКО-РОССИЙСКО-УКРАИНСКУЮ ИСТОРИЮ...

╤стор╕я ╕ сучасн╕сть

Михаил Лукинюк
КРАТКИЙ ЭКСКУРС В КРЫМСКО-РОССИЙСКО-УКРАИНСКУЮ ИСТОРИЮ с отдельными фрагментами из дискуссий автора в Интернете

(Продовження. Поч. у № 31-48)

Вполне возможно, что у «рядового» читателя может возникнуть вопрос: если, скажем, в древнем Киеве разговаривали на языке, близком к современному украинскому, то почему тексты в древних рукописях, не говоря уже об их более поздних переписях, написаны не на украинском языке, а на русском – с такими характерными для него «ятями» (именно такой «коварный» вопрос задали мне на одной из лекций по «Контролю и управлению химико-технологическими процессами» будущие химики-технологи)? В действительности летописи написаны, конечно же, не на русском как таковом – они значительно старше его – а на церковнославянском (древнеболгарском), который был официальным книжным литературным языком Киевской Руси, а значительно позже именно на основе этого церковного языка и была создана современная русская письменность – отсюда такое их внешнее сходство1 .
Вообще необходимо чётко отличать УСТНЫЙ язык Киевской Руси от ПИСЬМЕННОГО, ибо это совсем разные вещи. «Литературным языком для южной Руси, – подчеркивал А. Крымский (1922. – С. 114), – сделался чужой, церковнославянский… Живые южнорусские элементы могли врываться в письменный церковнославянский язык только против воли писаря-русина (в другом месте этого же труда читаем, что тогдашние писари «невольно делали описки в духе своего живого языка и потому мы из-под церковнославянской коры вылавливаем общие зарисовки южнорусского языка, на котором разговаривали люди в летописном киевском великокняжеском государстве» и что «написаниями вот такого типа киевский Изборник 1073 г. преизобилует…» – М. Л.)». И только в результате недосмотра писаря в официальный книжный язык рукописи изредка «врывались» привычные ему по повседневному употреблению элементы тогдашней устной речи2 [вот эти два языка и принесли с собой на северо-восток «колонизаторы» из Руси-Украины: книжный (церковнославянский) лег в основу образования будущего русского языка, а устный (староукраинский) зафиксировался в «диалектных образованиях» русского языка, «которому такие формы не были генетически свойственными (этому способствовала также многочисленная группа украинизмов в юго-западных русских говорах)» (Царук, 1998. – С. 114-115)].
Такого же мнения придерживался и А. Шахматов (1899. – С. 338-339): «Малоруссы от берегов Припяти (а они «перешли ее еще в доисторическую эпоху», т. е. в V╤-V╤╤╤ вв., подчёркивает академик. – М. Л.) вплоть до Черного моря, от Днепра и до Карпат говорят такими говорами, которые ясно свидетельствуют об ИСКОННОМ ПЛЕМЕННОМ ИХ ЕДИНСТВЕ».
Напротив, северорусские говоры из упомянутого единства начисто выпали. Так, владимирский «говор», пишет В. Ключевский (1904. – С. 368-370), совсем «удалился» от говоров «древней Киевской Руси», одной из особенностей которых была «известная фонетическая гармония» произношения гласных и согласных, более того – он даже «утратил древнее сочетание гласных с согласными». А вот «московское наречие, усвоенное образованным русским обществом как образцовое.., еще далее отступило от говора древней Киевской Руси: гаварить па-масковски (выделено В. К. – М. Л.) значит едва ли не еще больше нарушать правила древнерусской фонетики, чем нарушает их владимирец или ярославец»3 .
Московиты, отмечает знаменитый историк, сопровождая свои выводы значительным количеством соответствующих примеров, вообще говорят «вопреки правилам древней русской фонетики», которая, между тем, «СОХРАНИЛАСЬ В НАРЕЧИИ МАЛОРОССОВ».
Совершенно игнорируя тот факт, что именно украинские просветители учили их грамоте, а «Грамматика» киевского ученого Мелентия Смотрицкого заложила основы российского правописания, даже наиболее образованные современные московиты не упускают возможность покривляться с «неправильного» украинского языка. Так, скажем, вместо нормального перевода с украинского на русский очень распространенного в последнее время (и, похоже, весьма раздражительного для великодержавного уха даже «простых» великороссов) слова «незалежнiсть» (в русском произношении – нэзалэжнисть) как «независимость», они умышленно подают его как «незалЕжность», что для массового россиянина должно звучать почти смехотворно (что-то «залежалое»?) – а что же это, если не «испорченное польскими влияниями» русское? Такое же невосприятие вызывает и раздражительное украинское «хеканье» (употребление мягкого фрикативного «ге» вместо привычного московиту, а следовательно, «правильного» взрывного) – кое-кто даже пытается подать эту особенность украинского языка как «признак низкой культуры». Подчеркну, что этот же «недостаток» присущ и европейским языкам с их раздельными «G» и «H»…
А вот, скажем, родное – унаследованное от угро-финских предков – московское «аканье», которое вызывает существенное искривление многих слов: «гаварить», «каво», «карова», «малако», «кампазитар» и т. п. – в сравнении с тем, как они пишутся по-русски («говорить», «кого», «корова», «молоко», «композитор» и т. п. – будто с украинского списаны). К тому же, русская орфоэпия, то есть правильное произношение, кроме упомянутого «аканья», допускает «глотание» окончаний слов, пропускание слогов (например, пишут «правильно», «сегодня», «только-только», но говорят «пральна», «сёдня», «тока-тока»), произнесение буквы в в закрытых составах как ф и т. п.; детальнее об отличиях орфоэпии двух языков – в статье М. Зайко «Правила украинской орфоэпии» (http://ukrlife.org/main/prosvita/orfoepia.html).
Наоборот же украинцы, как метко подметил известный московский публицист В. Коваленко, «пишут точь-в-точь так, как и говорят», потому-то украинские слова, произнесённые на русский манер, звучат особенно уродливо (сравните, например, произношение слов «автопортрет» и «афтапартрет», «законодавчий» и «заканадафчий», «композиторов» и «кампазитараф» – этому перечню нет конца!).
Однако, как оказалось, это неоспоримое обстоятельство не способно защитить язык украинский от язвительного «старшобратского» зубоскальства. Оно и не удивительно: выросший на отравленных шовинизмом хлебах московит, как остро подметил Г. Федотов, и дальше «с презрением смотрит на остальной… мир».
Мимоходом вспомнился еще один, связанный с возобновлением функционирования украинского языка на родных поприщах, свежеиспеченный миф, в соответствии с которым определенная категория ностальгийно-проимперски настроенных граждан, которым эта проклятая «незалежность», как они любят кривляться, костью стала поперек горла, буквально в штыки встретила и такое нововведение, как употребление выражения «в Украине» вместо привычно-советского «на Украине»4 . Мотивировали это тем, что «так никогда не говорилось», ничуть себя не утруждая поисками хотя бы каких-то фактов в подтверджение этого5 . А стоило хотя бы заглянуть в еще недавно широко распространяемую – трехмиллионным тиражом! – но, вероятно, не так уж и широко читаемую книгу С. Соловьева «Чтения и рассказы по истории России», изданную московским издательством «Правда» в 1989 г., чтобы, скажем, на стр. 607 увидеть, как, например, это говорилось, скажем, еще в XVII-XVIII вв. Так, генерал Рене в разговоре с княгиней Дольской говорит об Иване Мазепе: «Сжалься, боже, над этим добрым и умным господином! Он бедный не знает, что князь Меншиков яму под ним копает и хочет, отставя его, сам быть гетманом в Украине…». А на странице 611 приведен – не преднамеренно, разумеется, – целый ряд таких употреблений: «если король шведский и Станислав (польский король. – М. Л.) с войсками своими разделятся, и первый пойдет в государство Московское, а другой в Украйну…» или там же читаем: «Киев и другие крепости в Украйне…», или еще: «в Украйне начальные и подначальные, духовные и мирские, как разные колеса…». А вот относительно Москвы – будто специально – там же (стр. 607) и как раз наоборот: «…песню поют, и на Москве…».
2.14. Валуевской, по существу, позиции относительно всего украинского придерживались и наивысшие московские бонзы даже брежневского «разлива» – об этом пишет в своих воспоминаниях бывший первый секретарь ЦК КПУ Петр Шелест (З пол╕тбюровського.., 1996). Так, на заседании Президиума ЦК КПСС 2 сентября 1965 г. «договорились даже до того, что НА УКРАИНЕ СЛИШКОМ МНОГО ГОВОРЯТ НА УКРАИНСКОМ ЯЗЫКЕ... И вообще дошли некоторые до того, что объявили украинский язык искаженным русским языком (эти «некоторые» не перевелись и ныне! – М. Л.). Во всем этом, – подчеркивал Петр Ефимович, – проявлялся самый оголтелый шовинизм». И это вовсе не было каким-то там одиночным случаем. В частности, на заседании Политбюро ЦК КПСС 30 марта 1972 г., на котором Шелеста резко критиковали за то, что «не было принято решительных мер по «трактату» Дзюбы «Интернационализм или руссификация», М. С. Соломенцев (Председатель Совета министров РСФСР, с 1983 г. – председатель Комитета партийного контроля при ЦК КПСС) в своем выступлении возмутился, что «на Украине много вывесок и объявлений на украинском языке. А чем он отличается от русского? Только искажением последнего (похоже, языкознание членов Политбюро произрастало на «грядках», удобреных постулатами Валуева, Погодина и иже с ними… – М. Л.). Так зачем это делать? (А если и украинский народ ничем не отличается от русского, тогда «зачем….» – продолжение вопроса и ответ на него – очевидны. – М. Л.)». Такое же «непонимание» высказал и Председатель Совмина СССР А. Н. Косыгин: «Непонятно, ПОЧЕМУ НА УКРАИНЕ В ШКОЛАХ ДОЛЖНЫ ИЗУЧАТЬ УКРАИНСКИЙ ЯЗЫК?».
Для «знатоков» такого пошиба это «непонятно» еще и сегодня – и не только в Москве.
Что ж, возможно, по мнению кремлевских партийных бонз, действительно, «только…». Но исследования языковедов, напротив, свидетельствуют о том, что эти два языка всегда – еще от самого давнего периода своего самостоятельного развития – «выступали как два наиболее отдаленные», более того – «генетически разные». И то настолько, что даже «трудно предположить, что когда-то эти два языка могли иметь общий праязык, настолько в них отличные закономерности артикуляции звуков» (Царук, 1998. – С. 111, 127, 146). Как уже отмечалось, академик А. Шахматов утверждал, что говорить о правеликорусском языке вообще невозможно.
А вот относительно «искажения», то здесь как раз наоборот – именно московиты, утверждал В. Ключевский, сопровождая свои выводы значительным количеством соответствующих примеров, говорят «вопреки правилам древней русской фонетики», которая, между тем, «сохранилась в наречии малороссов». Однако именно украинский язык все время пытались «подогнать» под русский, рассматривая ненавистную «мову» только «как источник реконструкции давних диалектных образований русского языка». Поэтому большинство тех форм украинского языка, которые «не находили соответствия в русском, объявлялись «региональными» или «диалектными». Такое «подчиненное» положение украинского языка, отмечает языковед-исследователь Царук (там же. – С. 114–115), «привело к неоправданной фиксации (в частности, В. Далем, М. Фасмером) его древнейших оригинальных форм как диалектных образований» русского языка, «которому эти формы не были генетически свойственными (этому способствовала также многочисленная группа украинизмов в юго-западных российских говорах)».
А господствовавшая «братская» концепция «генетически родственных восточнославянских наречий» неотвратимо привела «к искривлению истории украинского языка». Ярче всего это сказалось при создании 6-томного «Етимолог╕чного словника укра╖нсько╖ мови» (ЕСУМ. – К.: Наукова думка», 1982-1989). Исходя именно из таких основополагающих принципов, его авторы обязательно сопровождали украинские лексемы прежде всего русскоязычными «соответствиями» – даже тогда, когда их семантика или фонетический вид были «менее точными, чем у белорусских или западнославянских соответствий». Так, украинскому «мешкати» (жить, проживать) в первую очередь ставится в соответствие русскоязычное «мешкать» (медлить; задерживаться), хотя белорусское «мешкаць» и польское «mieszkaс» имеют то же самое значение, что и украинское (ЕСУМ ╤╤╤: 455). А к украинскому «журити(ся)» первым подано русскоязычное «журить» (ругать, хаять, песочить) и только потом белорусский аналог «журыцца», имеющий тождественную с украинским номеном (термин в ряду себе подобных) семантику «печалиться» (ЕСУМ ╤╤: 210).
(Продовження буде)

1 «…Мы знаем, – утверждал на заседании Верховной Рады Украины во время рассмотрения в первом чтении одиозного законопроекта Колесниченко-Кивалова «Про заборону звуження сфери застосування рег╕ональних мов або мов меншин Укра╖ни» нардеп Болдырев (Стенограмма сорок первого заседания ВР Украины от 25 мая 2012 г. – http://static.rada.gov.ua/zakon/new/STENOGR/24051210_41.htm), – что родиной русского языка так же, как и украинского, является, вне всякого сомнения, мать городов русских – Киев. Об этом свидетельствуют граффити, написанные на стенах Софии Киевской, нашей главной святыни, еще начиная с ХI и по XIV век». А в следующем выступлении дополнил: «И это не удивительно, потому что существовало единое государство от Балтийского моря до Днепра и до Волги на восток, в котором говорили примерно на одном и том же языке (?! – М. Л.), на диалектах одного и того же древнерусского языка. Все эти люди называли себя русскими…». Мы уже убедились, что никакого древнерусского – в смысле правеликорусского – языка никогда не было и (почти «по Валуеву») быть не могло, а нынешние русские – великороссы – имеют весьма отдалённое отношение к «тем», настоящим, руссам. Но христианская цивилизация, как и церковнославянский язык в северо-восточные «пределы» и в самом деле пришли из Киева, из Руси.
Кстати, М. Погодин в своих «Ответах на филологические письма М. А. Максимовича» («Русская Беседа», 1856) подводил под подобные утверждения подобную же «научную» основу: если «я не знаю по-малороссийски, а летописи – Несторову и Киевскую – понимаю вполне, значит, в них нет ничего малорусского». Ссылаясь на ряд исторических исследований известных российских историков Х╤Х ст., в частности, А. Срезневского, А. Пыпина, А. Спицына, выдающийся российский историк А. Пресняков буквально камня на камне не оставил от «погодинского домысла», отметив, что, создавая свою «гипотезу», Погодин «оперировал наивной филологией, отождествляя церковнославянский язык с древнерусским, и настаивал на запустении киевского юга», без чего просто невозможно было объяснить «блестящую» догадку относительно более позднего переселения в Приднепровье собственно «малороссов».
Но если в середине ХIХ ст. такие подходы ещё можно было считать «наивными» (впрочем, делались они вовсе не по наивности), то сегодня подобная «научность» выглядит как банальное невежество или сознательная фальсификация.
2 Закономерно, что А. Крымский и его последователи, исследуя древние киевские и галицкие летописи, открыли в них огромное количество украинизмов, которых нет в книжном церковнославянском языке, в частности, и такие: багно, вежа, в╕ття, гай, г╕лля, глечик, глум, жито, л╕чба, оболонь, парубок и др. Позже этот список был существенно расширен.
3 Оно и не удивительно, поскольку современные лингвисты отмечают «значительную близость фонетической системы русского языка» к угро-финской, «в частности, к мордовской». Еще в Х╤Х ст. суздальская глубинка говорила на мордовских говорах. Даже теперь, отмечал известный русский языковед О. Трубачев, «инвентарь звуков в обоих языках почти подобен» (Царук, 1998, с. 136).
4 Между тем, это навязывание формы «на Украине» – как и все, что делалось имперскими идеологами, – делалось неспроста. Вот какое объяснение этому выдающегося знатока украинского языка Ивана Огиенко приводит известный современный языковед И. Пономарив (1999. – С. 226-227). В статье под красноречивым названием «В Украине, а не на Украине», напечатанной в ежемесячнике «Родной язык» 1935 года, Огиенко, в частности, писал: «Когда говорим об обстоятельно очерченной территории, как законченном целом, или о самостоятельном государстве, тогда всегда употребляем предлог «в» или «у» (а не «на»): в Австрии, в Америке, в Румынии, во Франции, в Польше, в России и др. Что же касается предлога «на» с предложным падежом, то его употребляем при географических названиях на вопрос «где?» только тогда, когда территория, о которой идет речь, не очерченная обстоятельно, не самостоятельное целое, только составная часть чьего-то государства: на Подолье, на Полтавщине, на Киевщине, на Волыни, на Буковине», что собственно это «на» – болезненный и пренебрежительный признак нашего бывшего порабощения». Поэтому Иван Огиенко призывал украинцев «изменить старую грамматическую форму и употреблять только в Украине, в Украину».
 5 Правда, во время проведения телемоста «Украина – Россия: соседи? Друзья? Враги?» («ОРТ – Международное», 02.03.2002) председатель комитета Госдумы РФ по международным делам Д. Рогозин, который участвовал с московской стороны, ссылаясь на свое официальное обращение по этому поводу к Институту русского языка, убеждал телезрителей в том, что в русском языке якобы существует-таки правило, в соответствии с которым по-русски следует говорить «на Украине», а не «в». К сожалению, самого «правила» одиозный «думец» даже приблизительно не озвучил. А между тем, это было бы действительно интересно, потому что, по-видимому, оно выработано (если, разумеется, такое существует) специально (этим, в известной степени, можно даже гордиться!) только относительно названия «Украина», поскольку к другим подобным географическим названиям – таким, как, скажем, «Аргентина», «Палестина» и т. п. – оно, как известно, не применяется.

* Список першоджерел за адресою:
http://svitlytsia.crimea.ua/index.php?section=article&artID=10683

Версiя для друку
Обговорити в форумi
"Кримська Свiтлиця" > #49 за 07.12.2012 > Тема ""Білі плями" історії"


Постiйна адреса статтi: http://svitlytsia.crimea.ua/?section=article&artID=11140

 

Редакцiя :
95006, м. Сiмферополь, вул. Гагарiна, 5, 2-й поверх, кiмн. 13-14
тел: (0652)51-13-24; E-mail: kr_svit@meta.ua
Адмiнiстратор сайту : Микола Владзiмiрський
Веб-майстер : Олексiй Рибаков